Некрещеные апостолы

Кто крестил апостолов и откуда пошла вера в необходимость поливания присоединяемых к Церкви водой из речки.

Открываем евангелия и читаем в них (во всех четырех) на первых же страницах о том, что Иисус, безгрешный человек, пришел к Иоанну Крестителю креститься «во оставление грехов», то есть в прощение грехов Богом (баптизм – омовение, по-русски называется крещением, что, конечно, вообще все запутало). Эта очевидная нелепость смущала даже евангелистов, один из которых попытался как-то эту нелепость замаскировать, приписав действующим лицам следующий диалог:

Мф3:13-15: «13 Тогда приходит Иисус из Галилеи на Иордан к Иоанну креститься от него.14 Иоанн же удерживал Его и говорил: мне надобно креститься от Тебя, и Ты ли приходишь ко мне?15 Но Иисус сказал ему в ответ: оставь теперь, ибо так надлежит нам исполнить всякую правду. Тогда Иоанн допускает Его».

Какую всяческую правду надлежит исполнить Иисусу, омывшись водой из речки «во оставление грехов», Иисус Иоанну объяснить не удосужился, но во время крещения тут же разверзаются Небеса, Дух сходит на Иисуса в виде голубя и Голос с Неба возвещает что Он «Сын мой возлюбленный», занавес.

Далее Иисус выходит на проповедь, набирает учеников, называет их апостолами, творит чудеса, посылает апостолов на проповедь, вручив на время проповеди власть над духами и исцеление болезней, преображается перед некоторыми на горе преображения, кормит тысячи пятью хлебами, ходит по воде, воскрешает Лазаря, проповедует в Иерусалиме, арестовывается, казнится, умирает на кресте, Воскресает, является ученикам, посылает их на проповедь всему миру «научите и КРЕСТИТЕ» и наконец Возносится, чтобы сесть «одесную» Бога – но где же крещение учеников? Его нет, о нем ни слова, и выходит, что ученики так и остались некрещеными. Более того, на них и Дух Святой не сходил, Иисус только обещал послать Духа на учеников, когда придет к Отцу (Ин14:16-17).

Опять-таки, в евангелии читаем (Лк24:49): «49 И Я пошлю обетование Отца Моего на вас; вы же оставайтесь в городе Иерусалиме, доколе не облечетесь силою свыше». И лишь спустя пятьдесят дней, согласно сказочным Деяниям, на учеников сам собой, без всяких крещений-миропомазаний-рукоположений, сошел наконец-то обещанный Иисусом Святой Дух – и после эти некрещеные пошли по всему свету крестить, поливая водой уверовавших «во имя Отца и Сына и Святого Духа». И до сих пор народ уверен, что тот кого поп не полил водой, христианином не является, последователем Иисуса быть не может, и Дух Святой его обходит стороной, как нечистого, не омытого от греховной скверны.

Откуда же взялась вся эта притча о необходимости поливания водой, смывающей вместе с телесной грязью греховную грязь души, без которого – никак в Церковь не войти и Богу не усыновиться? Интересно, как материальная вода вообще взаимодействует с душой, являющейся нематериальным образованием – и тем более, вымывает из нее что-то вроде дурных воспоминаний.

Для того, чтобы понять это, вернемся опять к вопросу датировки евангелий. Уже доказано – и много раз об этом говорилось – что пресиноптическим текстом (то есть тем базовым текстом, на основе которого писали синоптики) является Евангелие Господне Маркиона, которое объявилось в Риме в 140-м году второго века. Таким образом, датировка синоптических евангелий сдвигается на середину-конец второго века, а на первый план по древности и достоверности выходит евангелие Иоанна, писаное примерно на рубеже веков, и именно из написанного в нем потом черпали свои сведения и автор маркионова евангелия, и синоптики. То есть, грубо говоря, все списали у Иоанна.

И что же они все списали?

Сцена крещения Иисуса у Иоанна описана очень детально (Ин1:28-37):

«28 Это происходило в Вифаваре при Иордане, где крестил Иоанн. 29 На другой день (после разговора с иудеями – прим. мое) видит Иоанн идущего к нему Иисуса и говорит: вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира. 30 Сей есть, о Котором я сказал: за мною идет Муж, Который стал впереди меня, потому что Он был прежде меня. 31 Я не знал Его; но для того пришел крестить в воде, чтобы Он явлен был Израилю. 32 И свидетельствовал Иоанн, говоря: я видел Духа, сходящего с неба, как голубя, и пребывающего на Нем. 33 Я не знал Его; но Пославший меня крестить в воде сказал мне: на Кого увидишь Духа сходящего и пребывающего на Нем, Тот есть крестящий Духом Святым. 34 И я видел и засвидетельствовал, что Сей есть Сын Божий. 35 На другой день опять стоял Иоанн и двое из учеников его. 36 И, увидев идущего Иисуса, сказал: вот Агнец Божий. 37 Услышав от него сии слова, оба ученика пошли за Иисусом».

Так, минуточку – а где же само Крещение Иисуса? Иоанн разговаривает с учениками, когда видит ИДУЩЕГО К НЕМУ Иисуса, и они явно незнакомы, потому что сам Иоанн говорит «я не знал его». Может, он уже раньше «видел и засвидетельствовал»? Но это невозможно: ученики рядом с ним и даже если бы «видел и засвидетельствовал» – то кому, кроме учеников? Там еще сказано «на другой день» – после чего? После разговора ИК с пришедшими к нему иудеями домогаться, кто он такой – и в этом разговоре ИК упоминает некоего «идущего за ним, который больше его», на приход которого надеется в будущем – но ни слова не говорится о том, что он в этот день уже встретил и крестил Иисус. Нет, повествование продолжается словами «на следующий день», он видит Иисуса в первый раз СЕЙЧАС и свидетельствует: вот, я УВИДЕЛ и засвидетельствовал перед вами. Он крестил всех подряд только для того, чтобы из пришедших к нему увидеть того, на ком Дух Святой – и увидел. И что? Да ничего – разошлись как в море корабли. А почему? Да потому что Иисус позвал его следовать за собой – но Иоанн, вместо того, чтобы все бросить и пойти к Нему в ученики, заупрямился, и продолжал делать то, что потеряло вообще всякий смысл – крестить, хотя сам же говорит, что «был послан» лишь ради того , чтобы «увидеть».

Не было никакого Крещения Иисуса, безгрешному Богочеловеку, на котором пребывает Дух Святой, нет нужды «в оставлении грехов». А синоптики (включая Маркиона) просто списали отсюда, не разбираясь в тонкостях – что, мол, крестился и Дух сошел на Него во время крещения. Да еще и приукрасили, как могли каждый кто во что горазд для наглядности.

Иоанн не пошел за Иисусом потому, что ему было что терять: великий пророк во славе настолько увлекся собственной значимостью, что уговорил себя: это Иисус должен у него креститься и стать его учеником – с пророками это бывает. Он даже учеников послал за Ним – но не с целью передать их Ему, нет – он надеялся с их помощью еще раз попробовать уговорить Иисуса присоединиться к ним и стать его учеником. Однако, ученики ушли и к ИК больше не вернулись – никогда. А ИК продолжал крестить, что само по себе было делом совершенно бессмысленным: библейский бог прощает грехи не иначе, как жертвой ритуального убийства, и поливанием воды грех не смывается, о чем и говорит Иисус, обличая ритуальные внешние омовения иудеев (Мф23:25-26): «25 Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что очищаете внешность чаши и блюда, между тем как внутри они полны хищения и неправды.26 Фарисей слепой! очисти прежде внутренность чаши и блюда, чтобы чиста была и внешность их».

А зачем тогда к Иоанну креститься выходила вся страна? «5 Тогда Иерусалим и вся Иудея и вся окрестность Иорданская выходили к нему 6 и крестились от него в Иордане, исповедуя грехи свои». Иудеи прекрасно знали, как искупаются и прощаются грехи: одной лишь только жертвой в храме – и причем здесь вода из речки, которой поливает всех желающих какой-то чудак сумасшедший дикого вида, явившийся из пустыни? Ответ прост: да потому что Иоанн проповедовал другую религию, и новую веру в другого бога – а люди падки на религиозное любопытство и толпой ринулись послушать нового проповедника.

До сих пор в Ираке, в болотах Месопотамии (Междуречья) сохранились проживающие там потомки галилейских мандеев-назореев, последователей зороастрийской вавилонской веры, привнесенной переселенцами из Ирана в послепленный Израиль. И в их священных книгах упоминается, как великий мандейский пророк и проповедник – Иоанн Креститель! Да-да, тот самый. А Иисус упомянут там же, как лжепророк, и предатель мандейской веры и своего учителя Иоанна Крестителя – так вошел в мандейские анналы описанный в евангелии Иоанна эпизод встречи Иисуса и Иоанна Крестителя.

Но это еще не конец истории. Далее читаем у Иоанна в главе третьей и четвертой:

Ин3:22-24 «22 После сего пришел Иисус с учениками Своими в землю Иудейскую и там жил с ними и крестил. 23 А Иоанн также крестил в Еноне, близ Салима, потому что там было много воды; и приходили туда и крестились, 24 ибо Иоанн еще не был заключен в темницу» – то есть продолжал крестить, бедолага.

Ин4:1-3 «1 Когда же узнал Иисус о дошедшем до фарисеев слухе, что Он более приобретает учеников и крестит, нежели Иоанн, 2 хотя Сам Иисус не крестил, а ученики Его, 3 то оставил Иудею и пошел опять в Галилею».

Вот это очень важное замечание: сам не крестил, но ученики – зачем? А затем, что они-то были бывшими учениками Иоанна Крестителя и продолжали дело своего прежнего учителя, а Иисус не возражал: да делайте вы, что хотите. Но когда начали переть толпы креститься у учеников, Он просто встал и пошел домой в Галилею – и ученики поплелись за ним, оставив все эти водные забавы.

Ну хорошо – а как быть тогда со словами Самого Иисуса в разговоре с Никодимом о Рождении Свыше в главе третьей? (Ин3:3-6) «3 Иисус сказал ему в ответ: истинно, истинно говорю тебе, если кто не родится свыше, не может увидеть Царствия Божия. 4 Никодим говорит Ему: как может человек родиться, будучи стар? неужели может он в другой раз войти в утробу матери своей и родиться? 5 Иисус отвечал: истинно, истинно говорю тебе, если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие. 6 Рожденное от плоти есть плоть, а рожденное от Духа есть дух».

Очевидно противоречие: вода есть плоть (материя мира), и от нее дух родиться не может, так что Иисус здесь вроде бы противоречит сам себе. Видимо, вода сюда попала не от Иисуса, а от его учеников, которые были до Иисуса мандеями и верили в эти водные «очищения грехов» – ну и, когда писали это евангелие, приплели сюда и свою воду на всякий случай, которая в разговоре о Духе смотрится явно лишней и нелепой, как на корове седло.

Вот так из многих компонентов сложилась нелепая легенда о водном крещении, в котором человеку якобы прощаются грехи при вхождении в церковь: сперва водой грех омывается, а потом на омытого от греха крестильной водой и потому уже чистого и непорочного соизволяет сойти Святой Дух в Таинстве миропомазания – а без воды никак.

А ученики, крестившие многих, так и остались сами некрещеными – если, конечно, не крестил хотя бы некоторых из них, например, тех же «двух» Иоанна и Андрея Первозванного Иоанн Креститель «крещением иоанновым». Но оно не в счет, поскольку ИК крестил учеников в своего зороастрийского бога, и все эти крещения такие же «мертвому припарка», как и идольские жертвы ненасытному кровожадному Яхве, сказочному еврейскому «богу».

Здесь стоит отметить еще вот что, и это важно: членами самой первой иерусалимской иудеохристианской церкви были, очевидно, мессианские иудеи, ничего не понявшие из проповеди Иисуса, но уверовавшие в Него, как еврейского Машиаха-Христа после Его Воскресения – поскольку настоящие апостолы, как мы знаем из евангелий Матфея, Марка и Иоанна, после смерти Учителя вернулись в Галилею, где и увидели Воскресшего. И больше, очевидно, вопреки россказням в Деяниях, во враждебный Иерусалим, «убивающий пророков», не возвращались НИКОГДА. А иудеохристиане вместе с верой в Воскресшего, как неузнанного евреями «того самого» Машиаха, продолжали верить в своего родового бога Яхве, и в Закон из Еврейской Библии. Для них, таких «мессианских» иудеев, ни о каких крещениях новообращенных и речи быть не могло: какие-такие крещения-омовения «во оставление грехов», когда только их библейский бог Яхве может прощать грехи, а он заповедал в Законе оставление грехов через кровавые жертвы, и этот библейский Закон не отменял НИКОГДА? Отголосок этого находим опять-таки в описании Павлом «первого апостольского собора», где спор идет как раз о соблюдении Закона новообращенными из язычников – ясно, что сами христиане из иудеев Закон чтут и свято его соблюдают – и это все лет через двадцать, грубо говоря, после Воскресения. Более того, из сетований Павла там же в Галатах явствует, что иудеохристиане считали мессианство продолжением богоизбранности для одних только евреев, уверовавших в Иисуса-Машиаха. Именно этим объясняется отсутствие иудеохристианского прозелитизма, проповеди христианства неевреям – согласно Деяниям, апостолы никуда не пошли, но так и сидели в Иерусалиме до самой Первой Иудейской войны, уговаривая друг друга, что Иисус – «тот самый» Машиах, пока не сгинули вместе со всем еврейским народом. Сам Павел тоже неоднократно упоминает о том, что в первую очередь, обходя с проповедью города и веси, он входил в синагоги к местным евреям, как особым избранникам их бога для проповеди и принятия ее – и лишь потерпев неудачу у евреев, начинал проповедовать местным язычникам-неевреям.

Ну а как же быть с традицией крещения новообращенных «водой и Духом», зафиксированной в самых ранних источниках древнего христианства? Откуда вообще взялась сама эта традиция, например, в Римской церкви второго века, вполне согласной во всем: и с «евангелием Господним» Маркиона и с павловыми посланиями, тем же Маркионом обнародованными – в них и Крещение Господне упоминается, и обычай крестить при вступлении в Церковь.

Как указывают многие современные исследователи древнего христианства, проповедь в первом веке была полиморфной: наряду с иудеохристианством исключительно для одних уверовавших в Иисуса евреев «всем народам» проповедовал и Павел, самозваный апостол, самовольно отменивший библейский Закон для новообращенных из язычников, и ученики-галилеяне, настоящие апостолы Иисуса, вернувшиеся после смерти Учителя в Галилею и вышедшие на проповедь «всем народам» оттуда, и бывшие ученики Иоанна Крестителя, мандеи, превратившиеся после Воскресения Иисуса в христианских гностиков, и Бог весть кто еще с какой проповедью. Именно эклектика, постепенное смешение всех этих «стилей», да еще и сопутствующих современных им языческих культов Дионисия, Митры и проч. сплавили общехристианскую проповедь в причудливое единое смешение всего этого разноперого хозяйства воедино в головах христиан второго века, которое постепенно обрело мейнстрим ортодоксального христианства, вполне устроившего непритязательную богословскую толерантность обращенных в христианство греко-латинских язычников, готовых признавать богами любое мало-мальски заметное начальство. Отличительными чертами этого эклектичного христианского язычества стали: водное крещение «во оставление грехов», позаимствованное у мандеев и их пропрока ИК; причащение (теофагия) плотью и кровью своего бога, стыренное у митроедов и присвоенное Иисусу (как и все другие многочисленные языческие обычаи, освоенные церковью из многих поместных язычеств в свой обиход за века и тысячелетия); богословие жертвы и искупления грехов человечества убийством Иисуса иудеями «в жертву Отцу», явно почерпнутое из иудейского библейского язычества; разработанное то ли Павлом, то ли не Павлом богословие «замещения», возведшее христиан в новые богоизбранники все того же библейского сказочного бога, но теперь обретшие право не исполнять Закон этого бога по причине «умножения благодати» – весь этот винегрет с привлечением в догматику элементов греческой философии самых разных времен, авторов и уложений превратился со временем в окаменелость этих канализационных отложений разных древних язычеств, выдаваемых христианской церковью за «единственно верное учение» церковной догматики, уже ничего общего не имеющее с той проповедью Иисуса, которая порой проглядывает из самых древних источников вопреки многовековым усилиям христианской церкви втоптать это Учение Иисуса в землю и похоронить под двухтысячелетним слоем отходов своей жизнедеятельности.

Отсюда следует далеко идущий вывод о возможном критерии исследования датировки древних текстов: те из них, в которых упоминается крещение во оставление грехов во времена после Воскресения, а также причащения Плоти и Крови, Жертвы Отцу Сына и замещения богоизбранных евреев христианами – не могут претендовать на датировку ранее второй половины второго века, в послемаркионитские времена. И это относится не только к самим цельным текстам, но и к отдельным фрагментам, в более ранние текты вписанным в более поздние времена.

А Отцу Небесному верующих в Сынобожество Иисуса усыновляет не поливание водой в «крещении Иоанновом», и не «миропомазание» попом волшебным маслом из пузырька – но лишь обещанное Иисусом Рождение Свыше через крещение Духом, который сходит на верующее в Иисуса сердце Сам, без самозваных посредников, поскольку «Дышит – где ХОЧЕТ» (Ин3:8).

Олег ЧЕКРЫГИН

Подписаться
Уведомить о
guest
0 Комментарий
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии