Фарисеи и юродивые

1330890200_186644_36Стыдно – аж глаза ест, как от дыма. Стыдно до слез – как говорил известный киногерой, за державу обидно. И, добавим, за ту часть ее народа, которая горделиво кичится своей «православностью».

«Православнутостью», как кто-то удачно поставил диагноз. Потому что, похоже, «православных» скандалистов, норовящих стащить на костер вместе с инокомыслящими все «ненаше»: объекты культуры (картины, выставки, книги), древние литературные памятники (Бхагаватгита), и проч., бесполезно урезонивать, уговаривать, и тем более, обличать – но нужно запереть в комнате с ватными стенами и лечить.

Но особенно чувство стыда не оставляет все последнее время, прошедшее со дня злополучного «панк-молебна» в ХХС. Стыдно за то, что и я отношу себя к православным христианам. Впору спрятаться, и на вопрос: «А ты – православный?», – подобно отрекшимся от Христа, начиная с апостола Петра и вслед ему, говорить: «Не знаю, о чем ты?». Но не из трусости исповедовать Христа, а от стыда считаться братом по вере дикарей, устроивших средневековую травлю и охоту на «ведьм», с их точки зрения «осквернивших» их «святыню» – ХХС, изначально, со времен начавшейся «великой стройки коммунизма» в 1994 ставший «мерзостью и запустением, стоящим на святом месте». Если это православные, то я отрекаюсь от несомненного бесчестья считаться их братом, потому что их бог – не Христос, а, видимо, тот, c которым у Христа общения быть не может.

Как всегда в разноголосице поднявшегося до хрипа злобного лая – по-другому этот жуткий хай на все лады хамства, мизантропской ненависти ко всем и вся и неистовой злобы и не назвать иначе, как лишь заливистым лаем злобной собачьей своры – со стороны «защитников православия» (где все они были в советские времена, когда церковь была гонима?), происходит подмена смысла, излюбленный прием всех демагогов. В проброс закинутый «чапаевцами» категорический императив вины: богохульство, кощунство, надругательство над верой, осквернение святыни – не обсуждается и под сомнение не ставится, а вся злобная полемика вертится вокруг принятия карательных мер – читай, отмщения – к «виновницам». Весь спектр злобной мести в наличии: начиная от либеральных «отеческих щипков-шлепков-розог-патоки-перьев», продолжая побиванием камнями, «на костер их!», и прочими прелестными образчиками христианской любви и всепрощения инквизиторского разлива. Затем, конечно, настучать на них и науськать власть и опричину (полиция уже ищет, прокуратура дело шьет). И вплоть до проклятия Божия, которым все «эти» так любят лично распоряжаться, и – уж конечно – до ада преисподнейшего. Ничего себе, хорош наборчик? Ай да незлобивые «христиане». Вот они, наши воистину христианские невинные забавы, наслаждайтесь ароматом, господа. Осталось только, как когда-то в Древнем Риме, «бросить их львам» – правда, тогда это делали язычники по отношению к христианам, ну а теперь вот – сами христиане. Как говорится, «почувствуйте разницу».

Итак, вернемся к началу, о котором все уже забыли. Что произошло, и что кем было сделано? Группа женщин ПРИШЛИ В ХРАМ ПОМОЛИТЬСЯ. Как там в притче-то, которую недавно читали в неделю о мытаре и фарисее? «Двое пришли в храм помолиться: фарисей и мытарь…». И что мы видели? А то, что кроме них в храме никого не было, он был пуст! А, как говорится в народе «свято место пусто не бывает». Но это так, к слову. То есть, во-первых, там не было никого, кто мог бы оскорбиться. А во-вторых, у меня вопрос ко всем злобно завывающим «православным» – а вы-то где были, православные фарисеи? Почему, если вы все такие верующие, вы не ходите в настроенные на бандитские и украденные их бюджета страны деньги храмы и не живете в церкви, как это делали подвижники благочестия от древних до нынешних времен? Почему храмы стоят пустые, почему в них никого нет, и почему, вместо того, чтобы наслаждаться азартом травли и охоты на ближних, вы, бывшие пионэры, комсомольцы, коммунисты, атеисты и прочие отреченцы, предатели Христа, иуды, гонители веры и верующих – не бьете себя, стоя в храме с сокрушенною главой, поминутно в грудь с молитвой «Боже, милостив буди МНЕ, грешному»? Почему? «Чем кумушек считать, трудиться – не лучше ль на себя, кума, оборотиться?».

Была ли это молитва? Безусловно, так как в тексте только и есть, что молитвенное обращение к Божией Матери – а также некие, может, и непривычные по форме, и даже неприемлемые для большинства обрядоверцев, но внятные и понятные даже дурному объяснения, чего же именно хотят от Богородицы просители. Пусть и с не вполне корректными по форме эмоциональными примечаниями – «С…нь Господня» по отношению к некоему действующему политическому персонажу – но зато от сердца искренними. И не дают ли просительницы всем своим ненавистникам пример настоящей живой веры в Бога и Его Силу осуществлением своего намерения, состоящего в том, что: раз митинги ничего не дают, власть заткнула уши и не слышит, а свергать ее силой не по-христиански, «Богородица не велит» – значит, остается просить об этом Бога и с верой уповать на Его милость. Как же, если вы называете себя христианами, вы этого, самого главного, не поняли? А если не поняли, то христиане ли вы, и вообще, веруете ли вы в Бога? Наверное, нет – судя по делам вашим…

Итак, в том, что касается содержания поступка – это молитва. А МОЛИТВА К БОГУ не может быть богохульством, ни тем более кощунством.

Теперь – о форме.

Как-то году, если не ошибаюсь, в 94-м, я разбил свою машину – старенькую «Волгу». Виновные выплатили мне тогда для них небольшую, но для меня, в то время сельского священника в бедном храме, весьма изрядную сумму денег – что-то тысячи две долларов США. И вот что я надумал – вместо ремонта машины взял да и рванул на эти деньги с матушкой на Страстной седмице в Иерусалим, ко Гробу Господню – уж больно хотелось хоть раз в жизни пройти по стопам Христа и своими глазами увидеть чудо рождения Благодатного огня. Надо заметить, что в то время про него всякие господа якунины и прочая, перефразируя Лескова, «президентская сволочь» и слыхом не слыхивали – да и о них самих-то слуху тогда, Слава Богу, не было.

Так вот, поездка получилась чудесная: мы были сами по себе, обошли ногами все святые для христиан места – и действительно, буквально по стопам Христа, такое было чувство. И Благодатный огонь видели, ночь с пятницы на субботу просидев на полу в переполненном Храме Гроба Господня, и с утра помолившись со всеми, кто там был, за службой Великой Субботы. Чудн`о, правда, показалось нам, что у самых царских врат какие-то черные африканцы били в бубны, орали, скакали и ездили друг у друга на плечах. Ну, один грек мне объяснил, что это православные копты (заметим для наших чисто-конкретно православных, что копты, вообще-то – монофизиты, то-есть, еретики, но никто их из храма не гонит), и что это они так молятся, радуются, что они с Богом, и Господь посреди их. Конечно, очень непривычно это было для нас в свете наших мрачных обычаев напускать на себя при всяком удобном случае унылый вид, «чтобы показаться людям постящимися», как говорил Христос, обличая фарисеев-лицемеров. Но молиться и радоваться вместе с ними нам их необычное поведение не помешало. И улетели мы оттуда как на крыльях своих собственных, а вовсе не самолета.

В одно время с нами туда ездила наша православная церковная делегация. Там их принимали по высшему разряду, во всех службах они участвовали вместе с патриархом и Огонь чуть не вместе с ним добывали из Кувуклии (так Гроб Господень называется). Однако, вернулись ужасно соблазненные, и как один из них мне потом рассказывал, что он чуть веру не потерял. Во-первых, им по секрету шепнули, что огонь – не настоящий! Мол, патриарх уже старенький, молиться ему тяжело, вот ему спички и подкладывают внутрь, чтоб не мучился. А во-вторых, от коптских плясок у них глаза на лоб как вылезли, так там и остались навсегда выпученными – ведь явное же богохульство, святотатство и кощунство! Ничего, часом, не напоминает?

А ведь во все времена, и особенно на Руси, был в почтении подвиг юродства – это когда люди внешне вели себя недостойно, непотребно и совсем не благочестиво – для того, чтобы показать, что это отнюдь не главное, а главное – это живая вера и любовь – к Богу и ближним. И эти, по-нашему, «городские сумасшедшие» и царям не боялись в лицо говорить обличительную правду. Помните пушкинского Николку из Бориса Годунова: «Нельзя молиться за царя-ирода, Богородица не велит».

«Богородица, Путина прогони». Говорит пословица, что «глас народа – Глас Божий». И прогремел Он буквально на всю страну. Может, кто-то считает, что из уст недостойных. Но у Бога и ослица заговорила, чтобы обличить пророка, впавшего со страху в льстивое угодничество царю. Что ж, какие времена, такие и нравы. И коль патриархи лебезят и пресмыкаются у ног власти за жирный псовий кус с барского стола, впору тут их «свято место» занять мытарям и блудницам, которые по слову Христа впереди всех нынешних православнутых фарисеев и церковных атеистов идут в Царствие Небесное – и уже сегодня, как видим, ходят «во пророках».

Наши сегодняшние барские холуи опять вопят «Бориску на царство» – а завтра, глядь, коль ветер сменится, будут в первые ряды проталкиваться орать «Долой!». И впереди всех и всегда – Князья церкви во главе с ихним «патриархом», чей буратинный нос, уже на километры выросший от постоянного вранья, всегда повернут по ветру политических перемен на позор всему крещеному свету.
Когда-то при самом начале путинского царствования меня спросил один корреспондент, который потом это напечатал в газете: «Что бы вы посоветовали вновь избранному президенту?», – «В нашей стране президент, прежде всего, должен пресекать вокруг себя холопскую заядлость.», – я тогда отвечал. «… Но мишенькин совет лишь попусту пропал…». И хотя сегодня у меня никто советов не спрашивает, дам ему совет еще раз, жалея его, как и всякого человека: «Уходи, пока не поздно, подобру-поздорову сам, не дожидайся того, что по молитвам тех немногих, на чьей живой вере в Бога мир стоит, Богородица прогонит тебя» – потому что теперь, после «панк-молебна», по молитве «блудниц во пророках» это обязательно будет. Так-то.

Олег Чекрыгин
“Новая газета”

Подписаться
Уведомить о
guest
0 Комментарий
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии